«Зри в корень» - гласит мудрая русская народная пословица.

Вот и мне захотелось взглянуть на родословное древо Клары Алексеевны Матвеевой, чтобы, по возможности, понять, откуда взялся такой феномен. известный теперь уже всему миру ваятель. На разных языках планеты люди произносят имя первого космонавта земли, приезжают на Гагаринское поле, что под г. Энгельсом, чтобы поклониться святому месту - месту его приземления. И каждого встречает лучезарной улыб¬кой "ее Юра Гагарин", о скульптуре которого мама космонавта сказа¬ла: "Юрочка как живой!"...
Дед К.А. Матвеевой по линии матери, Григорий Владимеров (так в документах писалась фамилия - Е.Е.) происходил из "ра¬ботных людей". До 1903 года работал в Тамбовских ремонтных мастерских, где именно в эти годы молодой дипломированный инженер Андрей Константинович Мыльников, отец нашего име¬нитого земляка, народного художника СССР, почетного гражда¬нина г. Энгельса А.А. Мыльникова, был заместителем начальни¬ка мастерских. Женился Григорий на Елизавете, дочери Тамбовского мещанина Ивана и немки Пфеффер Маргариты. Воспитывалась Елизавета и одновременно обучалась рукоделию в Тамбовском женском монастыре под присмотром своей тетуш¬ки - монахини.
В 1903 г. молодая семья переселилась в г. Таганрог, где глава се¬мьи стал чугунолитейщиком. И когда за участие в противоправитель¬ственном кружке в 1905 г. Григория сослали на поселение в Сибирь, Елизавета стремя детьми, не колеблясь, поехала вслед за мужем, как в свое время жены декабристов. Здесь, на голом участке, выделенном политическому ссыльному, и проявились в полной мере талант и тру¬долюбие бабушки и дедушки К.А. Матвеевой.
Обосновались в просторной землянке, построенной собственными руками, рядом поставили кузницу. По рисункам жены хозяин ковал и изготавливал необходимые в быту изделия: петли на ворота, щекол¬ды, ручки на калитки, жестяные кружевные украшения на печные трубы. Жен казаков поражали красивые свадебные наряды, изящные вязаные вещи, изготовленные руками хозяйки. Даже маленькая Тоня, в будущем мама Клары Алексеевны, родившаяся в 1902 году, помо¬гала маме. В раннем возрасте она выполняла даже "мережку" на тка¬нях. Сыновья же работали с отцом. В школу дети не ходили. Учились дома вечерами всей семьей, много читали вслух. Учебники и книги брали у поселян.
Артель строителей выстроила умельцам целую усадьбу, за кото¬рую семья еще два года расплачивалась своими изделиями. Кормила и тайга. Отец со старшими сыновьями добывали дичь, собирали орехи, ходили по грибы, ягоды. В 1910 году в семье родился четвертый ребе¬нок - сын Леонид. Нужду не испытывали. Держали корову, мелкую живность, расчистили землю под огород...
Особого надзора ссыльные поселенцы не ощущали. Уездное началь¬ство, правда, наезжало дважды в год, но встречи эти оборачивались лишь чаепитием с брусникой да щедрыми подарками хозяина - куз¬неца в виде, к примеру, уникальной дверной ручки с "колокольцем". Но постепенно и до этих мест докатилась революция, и случилось непоправимое: революционный комитет собрал политических ссыль¬ных для выступления против белоказаков, но в ночь перед этим их, спящих, окружили и всех закололи штыками. Погиб отец и два стар¬ших сына. Мать Елизавета осталась с дочерью Антониной и мало¬летним Леонидом... Далее надо писать роман о том, как Тоню под видом мальчика Антона мама отправила в Тамбов, на родину, как "Антон Владимеров" попал вместо Тамбова в санитарный поезд, идущий на Кубань, где ранение открыло "страшную тайну" и меди¬цинский брат вынужден был превратиться в медицинскую сестру. И, как и следует в хорошем романе, состоялась встреча Тони с фель-дшером Алексеем Матвеевым.
Судьба последнего не менее захватывающая. Мальчик - сирота, видимо, из Прибалтики. Смеем предположить, что он выходец из при¬балтийских немцев, не понимая ни слова по-русски, попал в сиротский приют, что находился на окраине Санкт-Петербурга. Не без добрых душ на свете. Воспитатель Иван Алексеевич Матвеев дал мальчику свою фамилию, имя своего отца, свое отчество. Здесь сирота получил образование и в период первой мировой войны уже служил фельдше¬ром, в Гражданскую войну, как мы уже знаем,- на Кубани, где и про¬изошла встреча молодых людей.
Мама Елизавета не знала об этих событиях. Дочь писала ей с Куба¬ни, но письма до адресата не доходили. Не надеясь увидеть дочь жи¬вой, мама с Леонидом возвратилась домой, где ей было предоставлено жилье как жене погибшего политического ссыльного. Здесь, в Тамбо¬ве, Тоня нашла маму и брата.
В 1921 году Алексей и Тоня поженились и уехали работать в Поволжье, В молодой семье в 1922 году родилась дочь Нина, в 1926 году - Клара. Но счастье и несчастье как всегда идут рядом. В 1928 году от катара желудка умирает любимый муж, отец дево¬чек. В местечке, где жила семья, была образована Коммуна. Моло¬дую вдову было решено направить на учебу в Дубовской сельско¬хозяйственный техникум. С двумя малолетними детьми она целый год прожила в общежитии, училась. И тут на помощь пришла ее мама Елизавета. Она забрала внучек в Тамбов и долгих три года воспитывала их на пенсию за погибшего мужа и на средства, выру¬ченные за свои рукоделия. До сих пор Клара Алексеевна "слышит" ласковый голос бабушки, "видит" ее неутомимые легкие руки, по¬стоянно мелькавшие среди белых кружев, не может забыть как вышивала она по собственному эскизу филе-гардину "Пастораль". В 1943 году бабушка писала своей дочери: "Слава тебе Господи! Сталин разрешил открыть церковь, и я, хоть перед смертью покаюсь и приму причастие". Через год ее не стало.
На последнем курсе мама Тоня встретилась с хорошим челове¬ком Сергеем Ивановичем Членовым, который к этому времени уже окончил техникум. В 1931 году в новой семье родился сын Стасик, судьба которого оказалась трагической, в три года мальчик умер от кори. Сергей Иванович стал не просто отчимом, а отцом сестер. Он спас семью от голода, дал жене возможность получить диплом. Зоотехнику совхоза, что располагался в Астраханском крае между дельтой реки Волги и пустыней Аксарай, пришлось покинуть хоро¬шее место работы из-за жестокой малярии, изматывающей его жену и мать детей. Перебрались в Иловатку, где жила сестра отчима. Так в Иловатском кантонном (районном. - Е.Е.) земельном управ¬лении Немецкой республики появились два дипломированных спе¬циалиста - зоотехника.
Постепенно жизнь налаживалась, семья приобрела хорошее жи¬лье. Отчим поступил на заочное отделение Саратовского сельскохо-зяйственного института. Молодые работали, помогали бабушке, ма¬тери Сергея Ивановича, вести хозяйство. Девочки также воспитывались в труде, учились. В селе Сергей Иванович организо¬вал струнный оркестр, сам играл на мандолине, гитаре и, весьма виртуозно, на балалайке. Клара аккомпанировала ему на гитаре. Летом во дворе их просторного дома играл "интернациональный ан¬самбль": украинец - на домбре, два русских - на балалайках, два нем¬ца - на цимбалах. Отчим и мама Тоня участвовали в самодеятельных спектаклях, таких как "Уриэль Акоста", "Платон Кречет" и других. Счастливые часы, проведенные на реке на лодках, выезды с самова¬ром и музыкой в Иволгину рощу, все это отзывается в душе Клары Алексеевны как волшебство, которое оказало влияние на все ее даль¬нейшее творчество.
И вдруг в 1937 году отчим в одночасье стал ''врагом народа". За шутку, произнесенную им на пароходе, - арест и приговор: 5 лет лишения свободы. Отбывал наказание на строительстве дороги Абакан - Тайшет, Это была каторжная работа, но и последующие четыре года на лесоповале под Соликамском, в так называемой трудармии, были не легче... Возвратился отчим в семью только в 1946 году.
После ареста мужа Антонине Григорьевне пришлось одной со¬держать немалую семью: двоих своих девочек, сестру мужа Феню и свекровь. Но она не сдалась. Нина поступила в Ровенское педучили¬ще, Феня - в Энгельсский кооперативный техникум. Сама много рабо¬тала на инкубаторной станции. В 1938 году - училась в Москве на курсах повышения квалификации. Но впереди предстояли еще боль¬шие испытания - наступил 1941 год.
Война с фашизмом, выселение тысяч и тысяч ни в чем не повин¬ных людей немецкой национальности, организация групп молодежи по спасению оставшегося скота в селах немецкой республики отзы¬вались глухой болью в сердцах матери и дочери. Клара, которой только исполнилось пятнадцать лет, была в числе этой молодежи. Ужас от увиденного до сих пор не дает ей покоя. Бывшие немецкие колонии были заселены эвакуированными. Немецкий порядок, чис¬тота и опрятность сел канули в лету. Антонине Григорьевне прихо¬дилось по долгу службы бывать в этих селах. Она плакала, расска¬зывая дочери, к примеру, как стало выглядеть ранее "чистенькое и аккуратненькое" село Шваб, ныне село Бутовка Камышинского района Волгоградской области...
О трудностях военных лет, о работе мамы директором инкубационно-птицеводческой станции, о проводах на фронт Нины (ушедшей доб¬ровольцем, и это со зрением - минус 7 диоптрий!) и Фени, можно гово¬рить бесконечно. Но самое страшное - получить накануне Великой Победы похоронку на любимую дочь и сестру. Каждый год до конца жизни мамы Клары Алексеевны и поныне для нее самой - праздник Победы воистину праздник со слезами на глазах...
Экскурс в прошлое, в историю семьи оказался не таким уж кратким, но мне хотелось самой понять, как, откуда у такой хруп¬кой на вид, интеллигентнейшей женщины, внешне такой спокой¬ной, тихой, застенчивой и улыбчивой, необыкновенная сила духа, творчества, сила рук, если хотите. Все это впитано с мо¬локом матери, с лаской и умением бабушкиных рук, с талантом, доставшимся ей в наследство от дедов и прадедов. И она этот талант не растеряла, щедро одаривая им всех нас и по сей день. Меня тронул рассказ, как 14-летняя девочка Клара после окон¬чания 7-го класса готовила сестре Нине наглядные пособия. Нина, окончив педучилище, в сентябре должна была влиться в учительскую семью...
В 1943 году Клара окончила 10-й класс. Воспоминания о последних годах учебы в школе связаны у нее только с войной: через село идут войска и военная техника, здание школы занято эвакогоспиталем, уче¬ба проходит в бывшем книжном магазине, в школе изучают новые пред¬меты - санитарию и сельхозтехнику. Тракторист - инструктор при сдаче экзамена по вождению трактора нажимает за Клару на педали, так как она из-за малого росточка не может дотянуться до них. В их доме, как и в каждом другом, живут по несколько семей эвакуированных. Беско¬нечная работа и учеба. Единственное светлое воспоминание: окончен 10-й класс и Клара, как участник самодеятельности, едет в Сталинг¬рад на олимпиаду. Подготовил ребят эвакуированный слепой музы¬кант. Танцевали "Русский девичий", "Молдаванеску"... И, о радость! Всем участникам в подарок - поношенные американские вещи. В авгу¬сте поехали с подругой в Саратов - поступать в вуз. Везде недобор. Сразу поступили, на всякий случай, в три: автодорожный, экономи¬ческий и юридический, но ни в одном из них не было общежития. Слу-чайно зашли в художественное училище. И девушка поняла, что ее место только здесь.
Целый год готовилась к поступлению, работая пионервожатой в своей школе. В 1944 году осуществила мечту. Два с половиной года проучилась на живописно-педагогическом, а затем перешла на те¬атрально-декоративное отделение. Тема ее дипломной работы: "Ба¬лет "Бахчисарайский фонтан", которую она успешно защитила в 1949 году. Но в 1948 году в ее жизни произошло главное событие. 23 февраля 1948 года она стала женой Ивана Яковлевича Шувало¬ва, одного из лучших, талантливых художников, обучавшихся в училище. Молодой человек, не успев повоевать, стал инвалидом войны, потерял правую руку... А через год в 1949 г. - рождение лю¬бимой дочери Юлии, ставшей музыкантом-педагогом. Ныне она живет и трудится в Нью-Йорке аккомпаниатором в школе русского балета.
В том же 1949 г. семья переехала в г. Энгельс, теперь уже самый родной для нее город. Недолгая работа в городском драматическом театре, от бедности декораций которого, воспитанная на саратовс¬ких театрах, она ушла сначала в Товарищество художников, а в 1958 году - во Дворец пионеров, Здесь К.А. Матвеева в полной мере нашла себя, работая оформителем сцены, руководителем "Театра юных", изобразительного кружка. Сколько с тех пор талантливых учеников у художника! Даже назвать самых известных не хватит страницы. М. Усанов и К. Еремеева - члены Союза художников России, монументалисты; Н. Четвертнова, живописец; А. Жевак, Е. Хайлов, В. Родин - архитекторы; не перечесть скульпторов, ру¬ководителей художественных кружков, преподавателей школ ис¬кусств. Ирина Новичкова и сегодня руководит скульптурной сту¬дией бывшего Дворца пионеров. "Теперь она, - говорит Клара Алексеевна, - вручает по кусочку волшебной глины каждому, у кого засветятся глаза перед чудом, которое могут сотворить люди". Кто в г. Энгельсе и в областном центре не знает ее талантливых учеников - А. Васильева, так рано ушедшего из жизни А. Говорова, С. Трусова. Педагогическая работа и семья в 50-60 годы XX в. мало оставляли времени для творчества. В 70-е увлеклась скульптурой. И это требует отдельного разговора.
Ее всегда влекла лепка. Первые уроки получила от Людмилы Харченко, выпускницы скульптурного отделения художественного учили¬ща. Но и сама занималась постоянно. Штудировала учебники, лепила из пластилина и глины, затем отливала скульптуры из гипса. Но для одоления твердого материала необходима была серьезная учеба. И вот, что особо хочется подчеркнуть, трудолюбие и настойчивость в достижении поставленной цели привели Клару Алексеевну в Ле¬нинград, в институт имени Репина. На ее просьбу ректор Керзин прислал вызов, и она в 1970 году под руководством профессора Крестовского и доцента Кулебякина прошла практику. Из уральс¬кого мрамора вырубила лирический портрет молодой Крупской. В Энгельсе начинающий скульптор продолжила работу над серией портретов из гипса и мрамора. Кто из нас не видел бюст заслужен¬ного врача, почетного гражданина нашего города Л.Н. Полянско¬го, ученицы скульптора Наташи Урядовой, необыкновенно нежный и чистый образ сестры Нины, бюст Л. Кассиля, который стоит в детской библиотеке, носящей имя писателя. Долгие годы до "пере¬стройки" вестибюль горисполкома украшал бюст Ф. Энгельса - дар родному городу в честь 150-летия со дня рождения Ф. Энгельса. В 1973 году К.А. Матвеева вырубила из железного колчедана Ан¬желу Девис, но работа была похищена из выставочного зала на на¬бережной р. Волги в Саратове. А настольная скульптура Л. Касси¬ля из бронзы, после участия в зональной выставке "Большая Волга" в г. Горьком, ныне хранится в краеведческом музее. Зональный выставком предрекал скульптуре судьбу монумента - не случилось. А как одухотворен "ее Олег Янковский"! Сразу после встречи горо¬жан с любимым артистом в кинотеатре "Родина" К.А. Матвеева уве¬ла его в свою мастерскую...
Но самое яркое впечатление, незабываемое воспоминание у скуль¬птора о том, как внезапно В.М. Колесов, архитектор, который рабо¬тал над реконструкцией места приземления Ю. Гагарина к 10-летию полета в космос, уговорил Клару Алексеевну срочно выполнить бюст Ю. Гагарина, чтобы установить его на постаменте на месте приземле¬ния первого космонавта планеты. Но скульптор, сделав эскиз бюста, поняла, что для такого масштабного проекта нужна более крупная и динамичная скульптура. Фигура космонавта в полный рост была от-лита из гипса. Об этой ее работе, всех перипетиях, связанных с созда¬нием памятника, с поиском вариантов, в конце концов, даже глины, с работой над образом Ю.А. Гагарина во Дворце пионеров, мы уже рассказывали неоднократно. Целый разворот мы посвятили этому событию в очередном журнале "Страницы истории" в 2003 году. Толь¬ко в 1981 году, когда "Юра встал во весь рост на постоянное место проживания", Клара Алексеевна по-настоящему поняла - вот оно ис¬тинное счастье! Это уже позднее она будет вспоминать и записывать каждый шаг своей работы, которая принесла ей мировое признание, не забудет ни консультаций самого М.И. Максимова, ни ребят, ме¬сивших глину, ни того экскаваторщика, что привез глину во двор Дворца пионеров, ни тех, кто позировал ей. И что самое ценное, Кла¬ра Алексеевна все это "положила на бумагу", а та бесценная бумага теперь будет вечно храниться в ее личном фонде в архиве, Ведь годы идут, так пусть же память будет вечной. И когда-нибудь внук М. Максимова, тренера по прыжкам с парашютом первого отряда космонавтов, дети тренера детской спортивной школы Ширшова, который позировал Кларе Алексеевне, поскольку его пластика впол¬не соответствовала образу Ю. Гагарина, с удовольствием и гордос¬тью прочитают эти исторические странички. Макс, так звали М. Мак-симова космонавты, считал, что в скульптуре, созданной К. Матвеевой, отражен характер Юрия - быть всегда впереди, остава¬ясь при этом самим собой. Более того, он сказал скульптору: "У вас полное взаимопонимание с Юрием".
Не вина К. Матвеевой, что скульптура 9 лет простояла в дере¬вянном футляре, и она ежегодно со своими добровольными помощ¬никами открывала и "прорабатывала" ее по твердому материалу. Но и в эти годы скульптор продолжала творить. Кто сегодня не зна¬ет ее композицию "Крупская с пионерами - героями", которая укра¬шает вход в Детский парк... Гагаринский же триумф состоялся 12 апреля 1981 года. И я, как очевидец этого грандиозного собы¬тия, не могу без гордости и слез рассказывать об этом. Тысячи лю¬дей, на трибуне - космонавты, цветы, возгласы восхищения и одоб-рения... Клара Алексеевна убеждена, что именно с тех пор не зарастает тропа к Юре Гагарину. И вспоминает при этом курьезный случай, когда в 1991 г. журналистка взгромоздилась на плечо скуль¬птуры, чтобы сделать снимок огромной массы людей, но, поскольз¬нувшись, сломала палец на руке Ю. Гагарина. Новый палец Клара Алексеевна сделала прижатым к ладони. "Теперь на нем никто не повиснет", - говорит она.
И в тысячный раз не могу не восхититься не только талантом, но и мужеством нашей героини. После 15 лет тяжелейшего труда скуль¬птора, она перенесла операции на каждом пальчике правой руки. И что же! Она тут же вплотную занялась живописью и графикой, проводила реставрацию объемных музейных экспонатов, где после открытия нового здания музея находилась ее мастерская. Начиная с 1991 года, К.Л. Матвеева подготовила и провела 6 персональных выставок. На второй она представила ] 00 живописных и графичес¬ких работ, 11 скульптур. Прекрасные отзывы в прессе, передачи по радио и телевидению вдохновляли художника, и она продолжает творить, даря нам добро и красоту. В ее творчестве - серия портре¬тов наших горожан, историческая картина "Варка арбузного меда".
Даже если мы не будем рассказывать обо всех перипетиях ее даль¬нейшей судьбы, о возвращении во Дворец пионеров (ЦДЮТ), о созда¬нии скульптурной студии, все же вспомним ее пятую персональную выставку, посвященную 70-летнему юбилею художника в 1996 г. и шестую (2001 г.) - 40-летию полета в космос первого землянина, где были представлены ее новые полотна, посвященные освоению космо¬са человеком. Отрадно отметить, что гордость за члена Союза худож¬ников России, почетного гражданина города Матвееву Клару Алексе¬евну вместе с нею в полной мере испытали ее дочь и внуки. А скульптор и художник продолжает творить,
В 2006 году в скверике им. Л. Кассиля появилась ее новая работа, которую Клара Алексеевна назвала "Фантазер", В марте 2004 г. обще¬ственный совет по подготовке к 100-летию со дня рождения писателя единогласно высказался в пользу этой фигурки, выполненной из ис¬кусственного мрамора. Всех заинтриговала идея автора: босоногая мечтательная и в то же время задорная фигурка уютно устроилась на массивном пне, корнями ушедшем в родную землю.
Сколько бы ни писала я о Кларе Алексеевне, мне не удастся расска¬зать все об этом удивительном человеке. В 2005 году ее триптих "Мечты колонистов", "Ярмарка в Швабе" и "Исход", посвященный немцам Поволжья, экспонировался на област¬ной выставке, проходившей в Саратовском художественном учили¬ще. Работа привлекла внимание многих и в их числе г-на Арндта, пред¬седателя землячества немцев Поволжья.
Если бы не ее щедрый дар, разве имел бы наш краеведческий музей богатый фонд П.И. Зори, художника, карикатуриста, собирателя, большо¬го друга Клары Алексеевны, которому в 2006 году исполнилось бы сто лет.
С годами мы только по-настоящему начинаем понимать, что без К.А. Матвеевой и ее работ наш город немыслим.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить